Главная / СМИ и интервью / Сергей Крючков: «Пример профессионального решения архитектурных объектов способствует образованию жителей»
 

Сергей Крючков: «Пример профессионального решения архитектурных объектов способствует образованию жителей»

Сергей Крючков: «Пример профессионального решения архитектурных объектов способствует образованию жителей»


- Вы впервые вошли в состав жюри конкурса. Чем он Вас заинтересовал?

— Конкурс привлек меня, прежде всего, масштабом объектов, которые надо было спроектировать. Мне очень понравилась идея «малых дел» в таком высокотехнологичном, требующее специального образования, занятии как архитектура. Проектирование сопряжено с большой ответственностью, поэтому дилетанту тут не развернуться. Между тем, существует довольно широкий круг задач, решая которые, каждый может проявить себя. Главным образом, в сфере благоустройства. На практике они решаются жэковскими работниками на общественных городских территориях и дачниками на личных участках. Сейчас стало модным ужасаться качеству этих решений: желто-зеленые бордюры, клумбы из автомобильной резины, журавлики и жирафики, сваренные из арматуры. Конкурс же обращает взгляд профессионалов в эту область и одновременно демонстрирует варианты качественных решений ответственным сотрудникам городского хозяйства и девелоперам — тем, кто, так или иначе, отвечает за комплексные решения проблемы благоустройства.

Представленные на выставке объекты переводят взгляд общества и профессионального сообщества в «нижний» уровень градостроительной деятельности. Этот жанр недооценен, но он очень важен, потому что объекты именно этого уровня формируют нашу непосредственную среду обитания.

Я считаю, что у данного конкурса, особенно в его финальной, выставочной части, очень важная социальная миссия. В области благоустройства, строительства малых форм, временных объектов необходимо радикально повысить планку качества. За счет этого повышается общий уровень культуры, и когда горожане берутся за дело самостоятельно, у них перед глазами появляется положительный пример. Я абсолютно уверен в творческом потенциале дворника, просто ему не хватает образования, широты взгляда. Подобные фестивали – эманация в общество раскрепощенного подхода, свойственного профессиональной элите. Это и есть настоящее просвещение. Наивное искусство бывает прекрасным, но очень редко. К сожалению, гораздо чаще непрофессиональное творчество сводится к безыскусному копированию промышленного ширпотреба. Профессионалам надо наладить диалог с публикой, и результат не заставит себя ждать.


— Конкурсные проекты — это большие объекты в малом масштабе?

— Нет, совершенно иначе. В данном случае была выбрана тема «Микродома»: требовалось сделать минимальную ячейку, в которой могли бы поместиться люди, и которая выполняла бы какую-либо функцию. Как правило, ее предназначение ограничено: либо минимальное место ночлега типа альпинистского приюта, либо общественное пространство — киоск или парковый павильон.




— Как они будут использоваться во время работы выставки?

— В павильоне, где проходит пресс-конференция, вполне могут проводиться учебные или культурные мероприятия, мастер-классы, семинары. В некоторых микродомах уже открыты кафе. Поскольку телеканал «Дождь» является одним из спонсоров проекта, пара павильонов называются «Дом Дождя», — там будут проводиться рекламные и культурные акции.


— Какой проект кажется Вам наиболее интересным?

— Лучший объект, на мой взгляд, это хостел «Ракета», который расположен у входа в «Музеон». Он представляет собой белый цилиндр с конической крышей, высотой примерно 4–5 метров. В нем воплощена отличная идея — и не только архитектурная — это многоэтажная кровать с пространством для лестницы, чтобы забираться на разные уровни. Было бы прекрасно реализовать в такой форме места для ночлега бездомных. Я представляю данный объект в качестве социального проекта где-нибудь на вокзалах. И если сооружают капсульные отели, ночевка в которых обойдется примерно в 4 000 рублей, почему подобный объект не может быть бесплатным?





— Почему все объекты выполнены из дерева?

— Таковы условия конкурса: хотя ограничений по материалам не существовало, но были предложены определенный бюджет (100 000 руб.), а также требование к экологичности. Поскольку дерево — самый дешевый материал, выбор оказался абсолютно естественным. Дерево — возобновляемый ресурс. Кроме того, строить из дерева экологичнее, чем из других материалов, потому что при их производстве расходуется энергия и появляются отходы, загрязняющие окружающую среду.


— Однако деревянный павильон, например, на вокзале долго не простоит...

— В этом нет ничего плохого, потому что дерево возобновляемо. К тому же недолговечность объекта — один из эффективных способов поддержания чистоты. Когда объект пришел в негодность, его можно разобрать и переработать. В Германии был опыт решения этим способом проблемы больничных инфекций, которые мутируют и становятся устойчивыми к дезинфекции: корпуса в больнице, в частности, родильный блок, построили из древесины, а затем просто сожгли и построили заново. Подобный прием оказался эффективен.





— Каким образом определялись победители конкурса?

— В несколько этапов: работала техническая комиссия экспертов, которые рассматривали объекты с точки зрения инженерии: энергоэффективность, строительная эффективность и так далее. Архитектурное жюри оценивало с точки зрения функции, пластической и пространственной новизны и качества. Всего на конкурс было представлено более 100 концепций, 21 из них отобрана для реализации в парке «Музеон». Реализовано, в итоге, 15 микродомов. Теперь среди них предстоит выбрать победителя – опять же, голосованием двух групп экспертов. Построенные объекты будут оценены по 15 параметрам, по бальной системе.


— Rose Group — девелопер проекта Мирогород «В лесу». Планируется ли в нем реализовывать конкурсные работы?

— Нашу компанию заинтересовала эта тема, потому что мы работаем над качеством среды в строящемся нами жилом районе. Часть микродомов с выставки мы заберем к себе — они будут представлены в квартале в качестве малых архитектурных форм. Основная идея состоит в том, что мы применяем комплексный градостроительный подход к созданию нового жилого квартала, который не просто отличается, но даже противостоит типовой застройке.





— В чем отличие Микрогорода от спальных районов?

— Если рассматривать визуально воспринимаемую архитектурную форму как сообщение, кварталы типовой застройки можно сравнить с текстом, состоящим из бесконечного повторения нескольких примитивных фраз. Такой урбанистический «абырвалг». При этом экономическая мотивация тиражирования примитивных форм абсолютно понятна – это наследие плановой экономики, в котором индустриальное производство строительных элементов не зависело от спроса. Естественно, ДСК выгоднее всего выпускать в максимальном количестве минимальный ассортимент изделий.

Идея нашего проекта состоит в том, чтобы сопоставимое по цене с панельной застройкой в Москве жилье предложить в совершенно ином качестве. Наш микрогород по площади равен примерно 2 типовым микрорайонам – чуть больше 100 га. Участок расположен в Красногорском районе Московской области и граничит со столицей. Територия микрогорода примыкает к Пятницкому шоссе, но между трассой и жилой застройкой мы оставляем буферную зону, состоящую из сохраняемой лесополосы и небольшого участка офисной застройки. Внутри микрогорода находится роща, которую мы сохраняем, превращая в городской парк, а с юга наш участок примыкает к более крупному лесу, к землям Гослесфонда.


— На какой стадии находится реализация проекта?

— На сегодняшний день мы построили три жилых дома, а это более 1000 квартир, и начали возводить второй квартал, школу и детский сад. Жилье по качеству отличается от квартир в панельной застройке, потому что мы не связаны модульными размерами панелей. Помимо этого мы стремимся создать качественную визуальную среду и стремимся уйти от надоевшего образа секционного дома. При том, что мы строим довольно крупные дома-каре, состоящие из 10-12 секций, дизайн каждой секции индивидуален. Таким образом, секционный дом выглядит как плотный ряд одноподъездных домов, выстроившихся вдоль улицы.


— Архитектурному решению дворового пространства придается особое значение?

Мы стараемся вернуть пространственной среде обитания наших жителей необходимую ей многоплановость. Одна из главных бед типовой крупнопанельной застройки – упрощение иерархии пространств. Фактически, она сводится к двум ступеням: личное пространство квартиры и общественное пространство всего остального мира за порогом. Такая обостренная дихотомия свое-чужое, частное-общественное не способствует психологическому здоровью. На протяжении всей своей истории человек стремился выстроить плавный переход от полностью контролируемого личного пространства к пространству, разделяемому со всеми остальными людьми: устанавливались границы двора, околотка, района и т.д. Представляется, что такая многоступенчатая иерархия пространств является естественной потребностью. Это логично, потому что социальные взаимоотношения каждого индивидуума сложны и многоплановы, мы устанавливаем разные уровни близости с разными категориями сограждан. Наша жизнь реализуется в пространстве. Почему бы рукотворному городскому пространству не соответствовать потребному нам уровню сложность? Почему все, что не контролируется мной лично, должно быть однородно чужим? Формирование многоуровневой иерархии пространств разного типа и разного уровня доступности – предмет планирования и тонкой настройки. Необходимо находить баланс между вышеописанной психологическим комфортом и другими общественно-значимыми требованиями (например, обеспечение доступа аварийных служб, естественное освещение, транспортная доступность и т.д.)…

У нас есть основная транспортная улица, по которой будет ходить автобус. К ней примыкает сеть переулков, образованных прямоугольными кварталами, — и это уже следующий уровень приватности, там уже не такое активное движение. Далее дворы, в которые закрыт доступ для машин, кроме пожарных. В завершение хотелось бы сказать, что вышеперечисленное вовсе не является нашим эксклюзивным ноу-хау. В мире подобные решения реализованы, мы просто применяем лучшее из мировой градостроительной практики.



Фото: А.Асадов